«...НО НЕ БЫЛИ МАМА И ПАПА ДРУГИМИ ДВУМЯ ЛЮДЬМИ» - часть 1.

Я как психолог, кажется, любые вопросы осмысливаю через призму психотерапии. Вот и эта цитата из творчества английского поэта Уинстона Одена для меня об ограничениях и, одновременно, возможностях, ресурсах нашего детского опыта.


Фигуры родителей всплывают в терапии практически сразу, как правило, больше «достается» все-таки матери. Есть такой анекдот, что сколько бы мама не вкладывала в ребенка, опыт общения с ней обернется для взрослого человека пятью годами психотерапии. Если она была заботливой, то в терапии – будут обсуждать гиперопекающую мать, в объятьях которой можно задохнуться. Если мама вела активную социальную жизнь, много работала, то жалобы будут на ее отстраненность и невключенность в жизнь ребенка.

Часто от людей, далеких от психотерапии, слышу о том, что психологи только и занимаются тем, что обвиняют во всем родителей. В интернете также достаточно статей, демонизирующих родителей, особенно мать: «токсичная», «холодная», «отвергающая».

Если говорить о работе с родительскими фигурами в психотерапии, то лейтмотивом является осознание и принятие, что «…не были мама и папа другими двумя людьми».


Любой ребенок, даже из самой благополучной семьи, найдет в своем детском опыте, на что обидеться на родителей. Злость, разочарование и негодования на родителя - часто с этим приходят в терапию, либо подобные чувства появляются по ходу работы. Странно было бы предполагать, что это является целью терапии. Скорее, это - только начало пути.

Сильные негативные чувства и эмоции в отношении родителей сигналят о том, что процессы сепарации не завершены (хотя, есть точка зрения, что завершить процессы сепарации нельзя, а можно говорить только о ее гармоничности). Соответственно, сепарация от родителей и будет в фокусе работы терапевта.

Отсоединиться, оттолкнуться всегда легче от того, к кому испытываешь негатив и непринятие, чем от того, кто ценен и дорог. Злиться на маму гораздо проще, чем признаться себе в нуждаемости в ней, нежных чувствах и ценности ее существования. Но чтобы приблизиться к этому полюсу, человек должен прожить злость на полную катушку.


Многие действительно застревают на этом этапе надолго. Усиленно держаться за свои обиды на родителей.

У подобного застревания может быть несколько причин.

Зададимся вопросом, что будет, если, наконец, простить родителям их «неоплатный долг». Предположим, человек признает, что родители дали реально все, что могли. У них также были свои родители, и свои травмы, которые определяли их жизнь и способность строить отношения. Тогда придется взять ответственность на себя за все, что происходит в собственной жизни.


Отдельная история – дети из так называемых дисфункциональных семей. Например, родители пили, были заняты разборками между собой, ребенок жил под угрозой физического насилия, либо кто-то из родителей был болен психическим заболеванием.

В работе с такими детьми (хотя, этим детям может быть уже и 30, и 40 лет) сталкиваюсь с непрожитым горем. Отсутствие в детстве сильного/здорового/трезвого взрослого – это травма. Горе так велико, что невозможно его переработать, интегрировать в свой опыт.

И только после того, как удастся оплакать сполна, тема родителей перестанет оттягивать огромное количество энергии. Высвободившиеся силы можно, наконец, направить на свою жизнь, создание собственной семьи. На это потребуется определенное мужество и наличие опор в жизни.

Поиском опор – внутренних и внешних, как раз и занимается психотерапия.